Петренко Максим Степанович

Статья посвящена анализу неформальных связей в СССР, которые сложились в условиях дефицита и вызванного им ограничения доступа основной части населения к ряду товаров и услуг. Специфической формой такого рода неформальных отношений стал блат — социальное явление, получившее широкое распространение в советском обществе. Блат — это особая форма личных связей, предполагающая оказание содействия в приобретении дефицитных товаров и услуг, помощь в трудоустройстве на привлекательные места и решении иных проблем. Наряду с экономической стороной блата в статье выделяется социально-групповой аспект данного явления. Приватизация публичного пространства, персонификация социально-экономических отношений способствовали формированию полуэлитных социальных групп, претендующих на особый статус в обществе всеобщего социалистического равенства, тяготившего значительную часть населения в последние десятилетия существования СССР. В статье ставится под сомнение решающее значение потребительских настроений в деле формирования блата. Также отвергаются предположения о решающей роли дефицита и незащищенности человека в вопросе образования такого рода неформальных отношений. Дефицит был не причиной, а катализатором развивавшейся в советском обществе социальной дифференциации населения и формирования специфических социальных групп, близких по значению к сословным. Представляется, что потребности социального ранжирования являлись решающим фактором в вопросе группообразования. В условиях размытости социальных границ и аморфности статусных групп возросло значение маркеров престижного потребления, свидетельствовавших об обладании человеком социальным капиталом, широким кругом возможностей и личных связей, открывавших доступ к ряду дефицитных товаров и услуг. Делается вывод, что блат стал важным фактором локализации социального пространства на уровне полузакрытых малых групп, что стимулировало социальное расслоение советского общества не столько на экономической, сколько на статусной основе

Социалистическое общество в СССР изначально строилось на идеологической убежденности его архитекторов в возможности и необходимости создания Всемирной советской республики. Статья посвящена анализу концептуальных принципов социалистического глобального проекта, а также проблеме соотношения понятий интернационального и транснационального, их воплощения в коммунистических идеях большевиков. Решается задача переосмыслить социалистическое общество, рассмотреть его как транснациональное, а не интернациональное. Оправданность употребления понятия «транснационализм» обосновывается органической связью проектируемого социалистического общества с капиталистическим миром транснациональных корпораций и общей глобальной ориентированностью коммунизма. Показано, что коммунистический интернационал строился на транснациональных принципах, а признание национального равноправия народов у большевиков выступало только средством достижения целей построения мира без национальных границ. Рассмотрена проблема ограничения транснационального социалистического проекта рамками национального государства. Противоречия между национальными интересами, стоявшими перед СССР на международной арене, и интересами международного рабочего и коммунистического движения, отстаиваемыми одним и тем же государством, неизбежно должны были привести к крушению транснационального проекта. Особое внимание уделяется проблеме советского народа и советской идентичности. Утверждается, что советский народ сумел сформировать определенные наднациональные черты, частично воплотив транснациональные принципы в жизнь. Однако решающую роль в этом сыграл русский народ с его готовностью к самоотречению. И хотя транснациональность советского народа перемолола и поглотила русское национальное начало, строился он и развивался преимущественно на русской основе